Главная » Статьи » Живая природа/Растительный мир » Животные

Речной бобр

 

Речной бобр — один из наиболее крупных представителей многочисленного отряда грызунов, интереснейшее существо не только средних широт, но и вообще среди всех зверей, населяющих Землю. Ценится бобр за прочную красивую шкурку и выделения препуциальных желез — «бобровую струю», являю­щуюся сырьем для парфюмерной про­мышленности.

Бобры ведут скрытный, сумеречный и ночной образ жизни. Особой из­вестностью эти звери пользуются за свою строительную деятельность, Бобровые хатки, плотины, подземные ходы, каналы и другие их сооруже­ния иногда поражают не только раз­мерами, но и какой-то особенной ос­мысленностью воздвигнутого. Наблю­дая за жизнью бобров, невольно при­водишь к мысли, что они без сомне­ния обладают сложными и оригиналь­ными рефлексами, находящимися на грани «разумного». Кроме того, боб­ры в какой-то мере являются «пре­образователями природы», так как под влиянием их строительной дея­тельности крошечные речушки порой превращаются в хорошие водные угодья, пригодные для поселения не­которых пушных зверей, водоплаваю­щей дичи, рыб и других представите­лей животного мира.

Различают два вида бобров — ев­ропейский и канадский. Канадский бобр немного крупнее европейского, обладает более развитыми строитель­ными инстинктами и более плодовит. Так, в пометах самок канадских боб­ров количество детенышей в среднем равно четырем, а у европейских ко­леблется в пределах двух-трех. Максимальное же количество де­тенышей    в    помете,    известное для

канадского вида, равно семи-восьми, а по некоторым данным даже девяти; для европейского вида эта величина не превышает пяти.

В окраске меха у канадских боб­ров на общем темно-буром фоне пре­обладают довольно заметные оранже­вые тона. Во всем остальном оба ви­да весьма сходны и знакомство с од­ним из них во многом помогает пред­ставить себе внешний облик и жизнь другого.

К началу нынешнего века, вслед­ствие неумеренного интенсивного про­мысла, численность бобров повсемест­но была сильно подорвана, а места­ми катастрофически сократилась. Осо­бенно сильно были подорваны запасы европейского вида.

Последующие многолетние запреты на добычу бобров, массовые пересе­ления их в не занятые ими водоемы и другие мероприятия, проведенные во .многих странах, положительно ска­зались на численности этих зверей. В итоге промысловое значение ка­надского бобра восстановлено почти полностью: в 1961 году в США бы­ло заготовлено 205 тысяч, а в Кана­де   —  399 тысяч бобровых  шкурок.

Роль европейского бобра в охот­ничьем хозяйстве стран Европы и Азии пока что намного скромнее.

Для внешнего вида бобра особенно характерен его необычный хвост, на­поминающий гребущую часть весла, лежащую в горизонтальной плоско­сти. В отличие от головы и тулови­ща, поросших густой подпушью и до­вольно редкими остевыми волосами, хвост бобра покрыт сравнительно не­большими ромбовидными роговыми чешуйками. И, если мех надежно за­щищает бобра от холода и в какой-то мере от механических травм, то хвост является одновременно и рулем I время передвижения зверя в воде, опорой при подгрызании деревьев, тем сигнальным приспособление! ударив которым о воду, бобр предупреждает своих сородичей об опасности; наконец, это орган, способствующий регулированию температуры плавеносных сосудов.

Передние и задние конечности бобра резко отличаются друг от друга Передние — короткие, цепкие, лишенные перепонок; они служат бобру не только для передвижения, но также и для рытья нор, помогают удерживать ветки, куски древесин и другие предметы во время сооружения плотин и хаток. Задние — более длинные, снабженные кожаным! перепонками, натянутыми между пальцами,— являются главным орга­ном передвижения бобра в воде. На втором пальце каждой задней ноги есть чесальный коготь, состоящий из двух толстых роговых пластин. Эти­ми коготками-щипчиками бобры вы­чесывают наружных паразитов из мехового покрова и приводят его в по­рядок.

Окрас меха у европейских бобров колеблется от светло-бурых тонов до темно-бурых и черных. Больше ценят­ся темноокрашенные звери. Сотруд­ник Воронежского заповедника Л. С. Лавров был первым исследователем подметившим, что от черных родите­лей родятся только черные бобрята, от светло-бурых — только светлобурые; родители, окрашенные в темно-бурый цвет или имеющие разную окраску меха, дают потомство, окра­шенное во все цветовые варианты ро­дительских пар и их предков.

Размеры взрослых бобров, если мерить от начала носа до конца хво­ста, достигают 120—126 сантиметров, средний вес — 18—20 килограммов, при максимальном — до 28—30 ки­лограммов.

Бобры живут по берегам рек, ручьев, озер, прудов, в торфяных карье­рах, на болотах. При невысокой плот­ности заселения угодий бобры имеют возможность выбрать себе место для поселения и поэтому обычно занима­ют укромные, тихие, полноводные водоемы, густо заросшие ивами и другими лиственными породами деревьев и кустарников, с достаточным набо­ром охотно поедаемых ими травяни­стых растений. После достижения вы­сокой плотности населения бобры поселяются на быстринных участках рек, в сильно усыхающих пойменных старицах и в других водоемах, менее благоприятных для их обитания. В Северной Америке бобры издавна за­селяют относительно тихие участки полугорных рек и ручьев (омутки, за­води), поднимаясь в горы на высоту до трех тысяч метров над уровнем моря.

В тех местах, где у водоемов бе­рега достаточно высокие, бобры выкапывают норы. В водоемах с низки­ми берегами звери селятся в корневых сплетениях, растущих по берегам де­ревьев (коблах) или строят хатки.

Норы бобров имеют одно или не­сколько логовищ — расширений подземных ходов, выстланных древесной стружкой. Подземные ходы представ­ляют собой сложную сеть туннелей, диаметром в 25—40 сантиметров, вы­ходы из которых обыкновенно скрыты под водой.

Бобровые хатки — это конусооб­разные сооружения, сделанные из огрызков стволов и веток деревьев, скрепленных илом. Обычно хатки воз­никают на местах обвалившихся нор или разрушенных коблов. Выходы из хаток, которых чаще несколько, так­же скрыты под водой. Чем больше лет существует хатка, в которой жи­вут бобры, тем крупнее ее размеры. В бассейнах Хопра, Воронежа. Бере­зины, Сожа и некоторых других рек нередко можно встретить хатки высо­той до 1,5—2 метров при ширине основания в 4—5 и более метров. В таких хатках имеется несколько бобровых логовищ, расположенных на двух-трех этажах. Если семья бобров обитает в водоеме длительное время, у нее может быть около десятка нор или 2—3 жилых хатки, нередко в со­четании с системой посещаемых нор и коблов.

Зоолог В. В. Дежкин провел в Во­ронежском заповеднике (в 1954— 1961 гг.) серию опытов по измерению температуры в жилищах бобров. Оказалось, что, а летнее время тем­пература в гнездовых камерах (лого­вах) не поднималась выше + 22°С, а зимой редко опускалась ниже — -4°С. Значительно меньшие колебания тем­пературы, наблюдаемые в жилищах бобров, чем в наружной среде, позво­ляют бобрам, довольно чувствитель­ным к холоду, жить даже за Поляр­ным кругом. Живут бобры семьями, обычно со­стоящими из двух взрослых зверей, малышей текущего года рождения и прошлогоднего молодняка; всего 6 — 8 зверей. Двухгодовики. как правило, покидают родительскую семью вес­ной, иногда осенью, и образуют но­вое поселение. В местах с ограничен­ными условиями для расселения можно встретить в семье двух – трех и даже четырехгодовалых зверей. В такой семье бывает 10—16 бобров. Наоборот, там, где условия для расселения подрастающего молодняка не ограничены, от семей иногда отселя­ются и годовалые звери.

Во время засухи, катастрофического обмеления водоемов бобры из не­скольких соседних семей вынуждены собираться там, где еще сохранилась вода. Иногда в таких местах насчи­тывают до 16 — 20 и более бобров. Характерно, что попавшие в беду звери относятся друг к другу сравни­тельно миролюбиво, тогда как в иных условиях между бобрами из чужих семей возникают жестокие драки.

Половой зрелости бобры достига­ют на втором-третьем году жизни (европейские — чаще на третьем, канадские на втором). Размножаются они один раз в году. Период спаривания у бобров, живущих в средней полосе, приходится на конец декаб­ря — начало апреля; разгар гона в январе—феврале. В это время звери часто выходят на поверхность, изред­ка оставляя на вылазках выделения «бобровой струи». Сам акт спарива­ния у бобров происходит в воде, по­до льдом. Беременность самки длит­ся от 103 до 107, в среднем 105 дней. Поэтому период деторождения обычно приходится  на май — июнь.

Бобрята родятся вполне сформиро­вавшимися, зрячими, покрытыми мяг­кой шерсткой. Там, где зверьки рож­даются рано, еще в период весеннего половодья, новорожденных можно на­блюдать во временных убежищах. Двух-четырехдневные малыши с тру­дом перемещаются по логову, почти не поднимаясь на ногах и шатаясь из стороны в сторону. Бобрята, рожден­ные в постоянных жилищах, особен­но в норах, обнаруживаются с тру­дом. До возраста двух-трех недель зверьки почти не могут нырять, тан как их вес не превышает веса вытес­няемой ими воды.

Примерно в месячном возрасте бобрята начинают показываться на поверхности, где и поедают молодые побеги кустарниковых растений и тра­ву. В три-четыре месяца молодые боб­ры — вполне самостоятельные зверь­ки, со всеми повадками взрослых жи­вотных.

Питаются бобры исключительно растительной пищей. Общий список их кормовых растений приближается к 300, но основой питания служит не более 10—20 видов деревьев и ку­старников и 20—30 видов трав. В ос­новном это различные ивы, осина, бе­реза, тополи, кубышка, кувшинка, осоки,   рогозы,    камыш,   стрелолист,

таволга вязолистная крапива двудом­ная, окопник лекарственный и некото­рые другие. У деревьев и кустарников звери обгладывают и поедают зеле­ную, неопробковевшую часть коры, кончики веток, листья; у трав — стеб­ли, листья, цветы, а иногда корне­вища.

Общеизвестна способность бобров создавать зимние запасы корма. Чаще такие запасы равны 10—25 рых­лым кубическим метрам, но некото­рые семьи натаскивают в воду около своих жилищ до 50 и даже 100 куби­ческих метров стволов и веток де­ревьев и кустарников, стеблей и кор­невищ водных и полуводных расте­ний. В то же время есть семьи, у которых зимние запасы кормов вовсе отсутствуют.

Ранее считалось, что бобр поедает травянистые растения преимущественно в теплое время года, а зимой использует в пищу только кору деревьев и кустарников, запасенных с осени и сгрызаемых во время оттепе­лей на поверхности. Однако после­дующие наблюдения, проведенные на­шими и зарубежными учеными, по­казали, что это не так. Водные и прибрежные травы служат очень важным подспорьем в зимнем питании боб­ров, а для некоторых семей они игра­ют главную роль. Все это помогает понять, почему у некоторых бобро­вых семей нет кормовых запасов и чем в таких случаях они питаются зи­мой, К тому же следует иметь в ви­ду, что запас корма, заложенный под лед, кончается (или портится) в кон­це января — начале февраля и с это­го времени звери вновь полностью переходят на подножные корма.

Л. М. Цецевннский (1963) обнаружил на территории Челябинской области «травяных бобров», круглый год обитающих в водоемах, почти ли­шенных древесно-кусгарниковой растительности. Бобры, живущие в по­добных условиях, есть и в других ко­лониях.

Врагов у взрослых бобров сравни­тельно немного: волки, рыси, медве­ди, росомахи. Некоторые зоологи от­носят к ним выдру. Бобр и выдра жи­вут в одних и тех же условиях и ча­сто встречаются друг с другом. Одна­ко зарегистрированных случаев напа­дения выдры на бобра очень мало. Поэтому можно думать, что острые сильные резцы взрослых бобров яв­ляются достаточно надежной защитой и держат выдру на почтительном рас­стоянии. У молодых бобров, особенно у бобрят текущего года рождения, круг врагов гораздо шире. Помимо перечисленных, это лисица, енотовид­ная собака, порка, куница, хорь. Из пернатых для бобрят опасны филин и другие крупные совы, ястреб-тете­ревятник, черный коршун, скопа. Из­вестны случаи находок останков боб­рят в желудках сомов и крупных щук.

Конкурентов у бобров сравнитель­но мало. В какой-то мере серьезно, как о пищевых конкурентах бобров, можно говорить лишь о тех живот­ных, которые, нередко обитая в при­брежной полосе, поедают древесно-кустарниковые растения, являющиеся кормами бобров, К таким животным можно отнести лося, оленей, где по­следние, обитая в поймах, достигли высокой плотности (например, в Воро­нежском заповеднике). Остальные жи­вотные (мыши, полевки, ондатры и другие) даже при значительной чис­ленности и высокой плотности их мо­гут являться пищевыми конкурента­ми бобров лишь в годы своего мас­сового размножения. Истощение пи­щевых ресурсов бобров в средней по­лосе европейской части Союза про­исходит быстрее там, где во время осенних заготовок кормов бобрами от­дельные несознательные лица заби­рают свежесгрызенные ими деревья. Поэтому с этим безобразным явлени­ем следует решительно бороться, строго наказывая виновных.

Конкурентов на базе занимаемых участков или жилищ у бобров почти нет. В северных районах Российской Федерации и в Белоруссии одну и ту же систему нор, наряду с бобрами, используют выдры, В средних ши­ротах верхние ходы бобровых нор, имеющие продушины, порой посеща­ют лисицы и енотовидные собаки, значительно реже барсуки. В старых, заброшенных бобровых норах мож­но встретить выводки лисиц и еното­видных собак.

Бобры подвержены различным за­болеваниям ~ инвазионным и инфек­ционным. Чаще других у речных боб­ров встречаются глистные заболева­ния. Без преувеличения можно ска­зать, что в природе спустя месяц после рождения все бобры заражены гли­стами. Довольно хорошо известны 26 видов паразитов, свойственных бобрам. Наиболее распространенными глистными заболеваниями являются стихорхоз и травассосиоз.

Стихорхоз вызывает один из со­сальщиков беловатого цвета, разме­ры и форма которого напоминают раз­бухшее пшеничное зерно. Этот пара­зит иногда скапливается в огромном числе в слепой кишке животного и вызывает прогрессивное исхудание, анемию, отравление организма бобра выделениями паразита. Стихорхоз ши­роко распространен среди бобров во­ронежской, хоперской, битюгской и ряда других популяций.

Травассосиоз вызывает небольшая волосовидная нематода коричневатого цвета, паразитирующая в желудке и в протоках большой желудочной же­лезы. Зараженные этой нематодой бобры обычно страдают расстройством деятельности пищеварительного трак­та, которое при прогрессирующем тече­нии болезни может привести к смер­ти животного. Травассосиоз — обыч­ное заболевание белорусских, смолен­ских, латвийских, кондососьвинскнх и некоторых других популяций бобров.

Во время передержки, при работах по расселению, они иногда гибнут от паратифа и пастереллеза. Известны случаи гибели бобров от туляремии.

В Советском Союзе ведутся боль­шие работы по восстановлению ареа­ла и запасов речного бобра, которые к концу XIX века очень сильно со­кратились. К 1964 году в нашей стра­не было расселено более семи тысяч бобров. В большинстве звери хорошо прижи­лись и успешно размножаются. Об­щая численность бобров в СССР в настоящее время, по приблизительным подсчетам, составляет не менее 50—60 тысяч.

Большую роль в деле восстановле­ния запасов речного бобра в нашей стране сыграли заповедники — Березинский, Воронежский. Кондо-Сосьвинский, Окский, Хоперский и дру­гие. Особая роль в этом деле принад­лежит Воронежскому заповеднику, со­трудники которого много сделали для того, чтобы разработать методы отлова, передержки и перевозки боб­ров. Из этого заповедника бобров вывозили не только во многие рай­оны нашей страны, но и в Польшу, ГДР и другие страны.

В настоящее время естественный ареал речного бобра в общих чертах можно считать восстановленным. Ос­новные бобровые очаги в СССР на­ходятся на территории Белоруссии и в центральной полосе европейской ча­сти РСФСР (Брянская, Воронежская, Горьковская, Липецкая, Рязанская и др. области). Значительное коли­чество бобров обитает теперь на Украине, в Прибалтийских республи­ках.

Завезены бобры и за Урал, в бас­сейны притоков великих сибирских рек — Оби, Енисея, Лены. До 1964 года самым восточным пунктом их обитания в стране была река Ки-ренга, чуть северо-западнее Байкала. Так было,   например,   на   реке  Керженц в Горьковской области,  в некоторых водоемах    бассейнов    верхней    части Днепра  и Дона.  Следовательно, как только численность и плотность зверей в отдельных популяциях начнут приближаться к своим максимальным значениям,  эти  популяции  необходи­мо вводить   в   эксплуатацию.     При этом в тех местах, где живоловный отлов прост и экономичен, зверей сле­дует вылавливать для расселения, в остальных местах   —  добывать капканами на шкурку.

К сожалению, в настоящее время у нас в стране вообще нет единого координирующего центра, направляю­щего работы с бобрами. Поэтому та­кой центр, возможно, следует создать, подчинив его, например, Главному управлению охотничьего хозяйства и заповедников при Совете Министров РСФСР.

Было бы неплохо, если бы прак­тические работники и ученые собра­лись вместе подвести итоги большой работы с речным бобром, проделан­ной за три последних десятилетия, и все вместе решили бы, что и как сле­дует делать дальше. Бобр, несомнен­но, заслуживает большого и посто­янного внимания.

 

Категория: Животные | Добавил: marfei (17.02.2013)
Просмотров: 1961 | Теги: западносибирский речной бобр, речной бобр красная книга, речной бобр тувинский подвид, речной бобр западносибирский подвид, Боб, шуба из речного бобра | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]